Украинский атеистический сайт Суббота, 28.01.2023, 11:21
Украинский
атеистический
сайт
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта

Категории раздела
Эксклюзив [41]
Эксклюзивные материалы, предоставленные для нашего сайта
Публицистика [164]
Атеистическая публицистика
Законодательные акты [4]
Законы, относящиеся к свободе совести
Великие люди - атеисты [82]
В данной рубрике размещены статьи о великих учёных, философах, людях искусства и т.д., которые не верили в бога и в то же время добились всемирного признания.

Наш опрос
Назовите самую эффективную форму атеистической пропаганды:
Всего ответов: 573

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

В помощь атеисту
Лекции Е. К. Дулумана
Лекции Е. К. Дулумана

Атеистические листовки

Краткая история атеизма

Атеистический лекторий

Атеистический календарь



Главная » Статьи » Статьи » Публицистика

Тажуризина З. Помнить о советском атеизме (окончание)
Конечно, революция сыграла огромную роль в пробуждении свободной мысли в массах грудящихся. А существует такой закон: революция воспитывает в психологии людей (точнее, не столько воспитывает, сколько пробуждает) осознание того, что они субъекты истории, что они творят историю. А раз это так, если они понимают, что сами творят историю, а не бог ее творит, то их психология меняется, а психология всегда оказывает влияние на идеологию и на политику.

Атеистическая психология значительной части трудящихся подталкивала партию к тому, чтобы придать стихийному антицерковному и антирелигиозному движению организационные формы. Тут сыграла свою роль жажда знаний; после революции она овладела многими людьми, они стремились к организации разных форм просвещения. Многие погибли во время гражданской войны, что обусловило, конечно, некоторые негативные явления последующего времени. И, конечно, в распространении атеистических идей сыграла свою роль культурная политика советской власти, которая была направлена на всеобщее образование, на достижение поголовной грамотности. Было немало грамотных людей, которые брались за обучение неграмотных и помогали им научиться читать и писать. Эти люди были атеистами, «безбожниками». Так в людях воспитывались новые моральные качества - бескорыстие, сознание ответственности за будущее страны. И роль молодежи того времени в строительстве нового общества неоценима.

Я читала в Ленинской библиотеке журнал «Юный пролетарий» и пришла к выводу, что между молодежью тех лет и нынешней существует большая разница, - не в пользу современной. Этот журнал возник в 1918 году.

Его создавали, конечно, не без влияния большевиков, молодые рабочие.
Только рабочие имели право публиковать там свои статьи. Это необыкновенно интересный журнал; по нему видишь, как молодежь стремится самостоятельно преобразовать жизнь.

Именно в этом журнале я увидела известный в советское время фотоснимок: райком комсомола, на двери которого надпись: «Райком закрыт. Все ушли на фронт». (А ведь подлинность этого снимка была подвергнута сомнению в одной из молодежных газет конца 80-х-начала 90-х годов). В этом журнале писал даже какой-то анархист, некто Зернов, который ходил с наганом и угрожал лавочникам, эксплуатировавшим детей.

Еще я обратила внимание на то, что в журнале публиковалось немало стихов; это были стихи романтические, может быть, неумелые с точки зрения современных литературоведов, но искренние, проникнутые ощущением прекрасного будущего. В этих стихах постоянно фигурируют слова «солнце», «свет», «огонь», или «заря
»; в этом проявлялось что-то светлое.

Даже некрологи были романтичными. Я выписала один некролог из журнала 1920-го года. Называется некролог «Юноша коммунистической зари. Памяти Вали Петропавловского», который погиб в 18 лет по случайной неосторожности. «Бессмысленно, нелепо погиб один из выдающихся наших работников. Не хочется верить, что больше не придется видеть и разговаривать с этим дивным юношей такой большой душевной и физической красоты, не придется видеть это улыбающееся, едва покрытое юношеским пушком дорогое красивое лицо со светлыми и радостными глазами, лицо открытое, энергичное и в то же время такое ласкающее, влекущее, родное». Он был организатором и комиссаром полка молодежи, первым комиссаром допризывной подготовки в России. Вот какие были тогда юноши. И комсомол, конечно, был не таким, каким он стал на излете советской власти, и руководство его не было коррумпированным.

У Светлова есть пьеса «Три мушкетера» - как раз о первых комсомольцах - эти люди были очень самостоятельными. Эта самостоятельность, ощущение, что они все могут сделать, помогли одержать победу в гражданской войне. Мое мнение - советская власть победила потому, что на ее защиту поднялась огромная масса трудящейся молодежи.

Интересно еще «Письмо к молодежи. О политической работе», опубликованное в «Юном пролетарии» в 1919 году. С ним обратилась к комсомольцам партийная функционерка З. Лилина (первая жена Зиновьева): «Говорят: теперь не время учиться. Война, революция, мобилизация мешают учиться. Но это абсолютно неправильная точка зрения.

Большинство из вас работает 6 часов, в редких случаях 8 часов. 2-3 часа вы заняты практической работой в организациях. А 2-3 часа можно посвятить учению. Учиться надо во что бы то ни стало». Лилина призывает рабочую молодежь создавать политические кружки. И дальше: «Мы ни на кого не должны надеяться, кроме как на самих себя. Наш первый лозунг - самодеятельность (последнее слово Лилина выделила жирным шрифтом) и еще раз самодеятельность. Если вы будете ждать, что партия вам даст людей, то вы ничего не получите. У партии нет работников. Вы сами должны все создавать». Так Лилина косвенно признала, что рабочая молодежь, вроде бы предоставленная сама себе, не свернет с революционного пути; партийное руководство молодежью осуществлялось, но в ненавязчивой манере, в виде совета учиться и быть самостоятельными. Лилина говорит, что партия не может дать людей молодежной организации - «не по злой воле партии, а потому, что у нас нет свободных людей». Письмо Лилиной появилось в № 15 за 1919 год, а уже в № 16 журнала читаем заголовок: «Открытие центральной политической школы».

Еще читала интересную статью из «Юного пролетария», относящуюся к началу 1919 года; в ней я комсомольский вожак И. Тагаров пишет о школах рабочей молодежи. «Будущему обществу необходимо готовить культурных и просвещенных людей, привыкших работать и физически, и умственно, а не дармоедов и тунеядцев». И еще: «Молодые товарищи, вам с 12-13 лет приходится жить собственным трудом, вы работаете в мастерской или в лавке, приходите учиться в свободное от работы время! Мы устраиваем для вас школы, где вы получите общее и профессиональное образование. В школе преподаются пение, музыка, рисование и гимнастика. Принимаются грудящиеся подростки 12-17 лет. Обучение бесплатное».

В Петрограде по инициативе комсомола и по согласованию с наркомом просвещения А. Луначарским были созданы 14 вечерних школ; в них даже бесплатно кормили.

Судя по этому журналу, все его авторы были неверующими людьми. Кстати, об атеизме в нем мало писалось. Само собой подразумевалось, что религия для них стала анахронизмом.

«Юный пролетарий» закрыли в начале 30-х годов. Вместо него появился суховато-официальный журнал «Юный коммунист», где уже мало внимания уделялось атеизму).

Но как же организовывалась антирелигиозная работа? Можно подумать, что был какой-то глобальный план атеистической работы; на самом же деле работа шла ощупью. Мы опирались, конечно, на теоретические марксистские принципы, которые разработаны были Лениным в его работах «Социализм и религия», «Классы и партии в их отношении к религии», «О значении воинствующего материализма». Но как практически организовать эту работу, никому не было ясно. Мы были огромной страной с пестрым социальным и многонациональным населением, с массой вероисповеданий; в период гражданской войны и последующего восстановления разрушенного хозяйства четко организовать атеистическую работу было трудно. Тем более, что в 1918-1920 годах советская власть испытывала очень сильное сопротивление церковной иерархии, и политическое, и идеологическое, что тоже препятствовало атеистической работе.

Началось с того, что антирелигиозную работу сосредоточили в Главполитпросвете под руководством Крупской. Создали 19 тысяч изб-читален, клубов, школ для взрослых, проводили лекции по атеизму, вели музейную работу. Начала выходить газета «Безбожник», потом образовалось добровольное «Общество друзей газеты «Безбожник». Члены его были «обязаны вести борьбу за раскрепощение трудящихся от духовного рабства». В уставе общества был специальный параграф о нецелесообразности такой антирелигиозной агитации, которая резко задевает и оскорбляет чувства верующих.

Лучшая агитация за идеи Общества - написано в уставе - это подавать пример личной жизнью: воздерживаться от опьянения, оперативно участвовать в кооперативах, применять в крестьянском хозяйстве новые способы хозяйствования, распространять грамотность, становиться самому политически грамотным человеком, знакомым с марксизмом, естествознанием, историей религий.

В апреле 1925 года состоялся 1-й съезд этого Общества, который постановил основать Союз безбожников; но к 1929 году многие ячейки безбожников развалились. Со 2-го съезда, состоявшегося в 1929 году, Союз стал называться «Союз воинствующих безбожников» (СВБ). Высшим органом этого Союза был Центральный совет, председателем был избран Е. Ярославский.

Не все шло гладко в работе этого Союза; атеистическому движению препятствовали даже некоторые государственные учреждения.

Например, в 1925 году было зарегистрировано небольшое научное общество «Атеист». Оно должно было издавать атеистическую газету, но сотрудники сектора Главбума (Главного управления бумажной промышленностью) приняли просьбу о бумаге в штыки, дали бумагу самого низкого, оберточного качества, что затру/шило чтение. Один из руководителей общества, Шпицберг, написал заявление в Госиздат, где говорилось, что, кроме издательства отдела культов Наркомюста, нет ни одного антирелигиозного издательства, и попросил, чтобы издавалась еженедельная газета «Атеист». В конце концов, добились издания журнала, существовал до 1931 года.

Но в атеистической работе была допущена теоретическая ошибка - а именно, переоценили возможности восприятия народом культурных ценностей: думали, что, если обратиться к народу с антирелигиозной пропагандой, народ поймет, быстро воспримет все эти установки; надеялись и на быстрое развитие социализма.

Только один пример. Бухарин в 1934 году на съезде писателей упрекал Демьяна Бедного за то, что тот не учитывает невероятного роста культуры, ее усложнения. А Демьян Бедный, мол, пишет какие-то примитивные стихи. И о Безыменском он тоже говорил, что тот не сумел переключиться на более сложные задачи, стал элементарным. И Бухарин пишет: «Наши массы уже переваривают не только простую пищу. Они сложнее думают, чем активисты поэтического класса». Но были и факты, противоречившие этому утверждению. В 1935 году на каком-то высоком комсомольском собрании Косарев с горечью говорил о съезде колхозников-ударников, и оказалось, что из 80-ти девушек ни одна не читала Пушкина, Лермонтова, Тургенева. Так что уровень грамотности, образованности народа был еще очень низким. И антирелигиозная пропаганда не могла еще вестись на достаточно высоком уровне, ибо мало было на теоретически высоком уровне подготовленных людей, которые разбирались бы в религии и улучшали бы методы антирелигиозной работы.

В 1931 году в журнале «Антирелигиозник» появляется статья о шестимесячных Центральных атеистических курсах. Приводится обширная программа обучения. Начинается с техники умственного труда, а заканчивается историей атеизма, большое внимание уделяется изучению религий. Обучаются люди, которые должны руководить атеистической работой. Но состав учащихся: По образованию: с низшим - 28 человек, со средним - 7 человек, с высшим - 1. По социальному положению рабочие - 21, служащие - 6, крестьяне - 9. По возрасту: до 30 - 21 человек, от 30 до 40 лет - 13 человек, свыше 40 лет - 2 человека По партийности: члены ВКП(б) и кандидаты - 26, ВЛКСМ - 6, беспартийных - 4. По работе: ответственные работники республиканского масштаба - 7 человек, краевого и областного масштабов - 19 человек, районного - 3, с производства - 7.

Представлены 14 национальностей. В статье говорилось еще, что пришлось вести беспощадную борьбу с ненормальными отношениями некоторых товарищей между собой. Положение доходило до проявлений великорусского шовинизма и антисемитизма. Двоих исключили. Судя по интересной книге 1927 года об антисемитизме (автор - атеист Горев), действительно, тогда среди членов ВКП(б) было немало антисемитов, некоторые даже говорили, что лучше монархия, чем нынешняя «еврейская» власть. Внутри Союза воинствующих безбожников шла резкая полемика между сторонниками жестких мер борьбы с религией как с «орудием классового врага» и теми (во главе с Ярославским), кто стоял за ведение плодотворной практической работы и широкого культурного просвещения масс; были и центристы. Яростную линию ярко выраженного классового характера поддерживал Московский комитет партии во главе с Костеловской. В Москве атеистическая работа велась очень жесткими методами, выпускался журнал «Безбожник у станка», хотя иллюстрации там были очень интересные. Эти издевательства, конечно, не могли не вызвать неприязнь к атеистам, оказывали негативное влияние на восприятие атеизма населением. Некто Галактионов из группы Костеловской публикует в журнале «Антирелигиозник» статью «По-большевистски развернуть работу с религией», направленную против Ярославского (хотя этот журнал издавался под его руководством; это говорит о том, что в то время была свобода мнений).

Галактионов пишет, что Центральный совет СВБ плетется в хвосте, занимая в позицию «осторожность, осторожность без конца»; «Центральный совет не понимает классовую природу религии, подменяет классовые установки в антирелигиозной пропаганде внеклассовым просветительским подходом, считает, что можно пропагандировать, например, планетарий, формируя материалистическое мировоззрение и без подчеркивания классовой роли религии»; «нужно встряхнуть Союз воинствующих безбожников и всю антирелигиозную работу вести на иллюстрации классовой роли религии. Не надо разбирать Библию и мифологию. На предприятии должны быть кружки только с политическими установками».

Было, конечно, такое, что и храмы закрывались или превращались в музеи, интернаты или даже склады, были и преследования попов, и беззакония в этом отношении; отрицать это нельзя. Все это было обусловлено классовой борьбой в городе и деревне, стремлением прежних хозяев жизни взять реванш, малограмотностью многих руководителей в области теории, тем, что в местных (и не только!) органах власти было немало авантюристов, карьеристов. Но в тогдашних постановлениях партийных съездов, пленумов и т. д. проявляется гуманный подход к верующим трудящимся (конечно, и здесь классовый аспект играл большую роль). Везде говорится, что ни в коем случае нельзя оскорблять чувства верующих, что нельзя разрушать церкви, что нужно бережно относиться к религиозным чувствам людей. Атеистическую работу нужно вести очень осторожно, - просвещать людей, учить их грамоте, давать им знания и т.д. Например, в программе РКП(б), принятой на ее 8-м съезде в 1919 году, одним из важных условий преодоления религиозных предрассудков называлась организация самой широкой, научно просветительской и антирелигиозной пропаганды. Сказано там и о том, что оскорбление чувств верующих лишь укрепляет религиозный фанатизм. Не должно быть ни тени насилия в вопросе о чувствах верующих. Лица, посягающие на свободу веры и богослужения для граждан всех вероисповеданий, должны быть подвергнуты строгому наказанию.

Вопрос об отношении к верующим ставился и на других съездах, например, на 12-м и 13-м. Там говорилось, что издевательство над предметами веры и культа, заменяющее серьезный анализ и объяснение, затрудняет освобождение масс от религиозных предрассудков. А некоторые говорят, что партия хитрила, официально давала одни установки, а на места давала тайные установки на то, чтобы преследовать верующих.

Конечно, зачастую антирелигиозную работу вели малограмотные люди или авантюристы, или даже садисты. Все это могло быть. Но для коммунистов постановления партии были обязательными. И если что-то было неправильно, то это не была вина партии: слишком мало прошло со времени революции, слишком сильно еще было наследие старого строя.

Был журнал «Революция и церковь», основанный в 1919 году Красиковым. В статье «Практика антирелигиозной борьбы» он констатирует «нецелесообразный, непродуктивный, раздражающий население и затрагивающий религиозные чувства способ проведения декрета об отделении церкви от государства, и школы от церкви на местах. Не всегда местные власти усваивают марксистскую точку зрения на религиозный вопрос. Сталкиваясь с контрреволюционностью служителей культа, они прибегали к репрессиям. Избирался путь, кажущийся более верным, но в сущности ничего не достигающий и даже вредный способ.

Совершались открытые оскорбления религиозных чувств граждан. Отбирались в храмах церковные облачения, платки с престолов заменялись на революционные флаги. В Петрозаводске в помещении бывшей церкви устроили маскарад. Две маски, священные одежды с крестами и кадилами в руках и с папиросами в зубах».

У Глазунова есть огромная, во всю стену картина, такая, как бы это сказать, антисоветская, антиатеистическая. Входят в благолепный храм, где идет служба и где собрался благолепный народ, разнузданные революционные солдаты и матросы с оружием, папиросами в зубах, у одного даже под мышкой поросенок. Вроде бы картина служит иллюстрацией тех «нецелесообразных, непродуктивных» стихийных действий, которые осудил народный комиссар юстиции Красиков.

Но Глазунов претендует на обобщение: красные, большевики - это жестокие циничные бандиты, противостоящие православному русскому народу, - дескать, антирелигиозная борьба связана с разрушением культуры, с аморолизмом, с бесчеловечностью. Но чему же учили в «безбожных» изданиях 20-30-х годов? Какие черты воспитывали, какие моральные нормы прививались? Как объясняли трудящимся суть «безбожия», идущего на смену прежнему религиозному мировоззрению? Тогда появилось понятие «новый человек» (хотя в истории человечества оно уже не раз употреблялось в связи с теми или иными социальными изменениями). Этот человек должен был формироваться на основе строительства социализма, признания труда главной нравственной ценностью, усвоения мировой гуманистической культуры. В изобразительном искусстве периода социализма дается изображение творческого (не подневольного!) труда и трудящегося человека. Это составляло смысл деятельности наших художников.

Одной из главных тем атеистической литературы становится воспитание трудолюбия, уважения к человеку труда. Если современному обывателю безбожник тех времен представляется разрушителем, то на деле в атеистической литературе он созидатель и должен быть таковым. Вот что писал, например, известный ученый и пропагандист атеизма Николай Михайлович Маторин: быть безбожником «значит - искренне бороться за дело рабочих и крестьян до полного свержения власти капитала во всем мире. ...Это значит - не бояться никаких ангелов и чертей, не бояться ада, не мечтать о рае, а творить лучшую жизнь для рабочих и крестьян здесь, на земле. Это значит - подавать пример сознательности и стойкости во всяком труде... Это значит - в своей семье по-товарищески относиться к жене и детям, помогать им узнавать то хорошее, что ты узнал, жить трезво и аккуратно, но не ради сказочного царства божия, а ради тех молодых поколений, воспитание которых падает на ваши плечи».

А вот статья «Ячейки Союза безбожников» («Антирелигиозник» №1. 1929), речь здесь идет о реальной практической работе ячеек, которые «агитируют не голым словом. ...Строят мосты, ремонтируют дороги, школы, собирают металлолом, организуют запашку земли беднейшему крестьянству, организуют детские ясли, избы-читальни, собирают средства на пополнение библиотек и школ литературой, наглядными пособиями; приобретают трактора для кооперативных хозяйств...».
Найдите сейчас таких людей, которые бескорыстно отдавали бы свои силы улучшению жизни трудящихся.

А где же атеистическая пропаганда? И ее мы найдем в печати тех лет: «Жестоко ошибется тот безбожник, который думает, что он удовлетворит слушателей, если назовет религию «опиумом», или скажет, что она - орудие кулака. Безбожник в деревне должен не только критиковать религию, но дать положительные знания: откуда человек, жизнь, что такое разум и т.д., вызвать интерес к законам развития общества, к коммунизму, разъяснять, что такое нравственность и каковы ее связи с религией» (1933 г.).

В нашей стране уже почти два десятилетия клеймят Емельяна Ярославского, называют «комиссар дьявола» подчеркивая при этом, что его настоящая фамилия - Губельман. Чему же он учил? Вот его статья «Юным безбожникам», он пишет: «Вы, юные безбожники, уже не страшитесь поповского ада. Вы познаете весь мир таким, каков он есть на самом деле. Вы строите новый мир, где не будет господ и рабов, где будут все равны, где не будет голода, войн, нищеты рядом с необузданным богатством. Религия выгодна эксплуататорам всего мира, потому-то с ее помощью они держат народ в повиновении себе. Учитесь познать мир таким, каков он есть на самом деле. Учитесь, как перестроить этот мир так, как это нужно трудящимся. Будьте в личной и общественной жизни такими, чтобы с вас всякий мог взять пример». В вопросах нравственности наша идеология опирается на мысли Ленина в «Задачах союзов молодежи» (1920 г.) о том, что в основе коммунистической нравственности лежит борьба за укрепление коммунизма, и что в этом состоит основа коммунистического воспитания, образования и обучения. В атеистической и художественной литературе обличались «отвратительные черты прошлого - индивидуализм, бюрократизм, подхалимство, клеветничество, пошлое отношение к женщине», расизм, антисемитизм, и, конечно, религиозные предрассудки; безоговорочно осуждалось предательство интересов народа. Эти черты обличались, например, в образе гайдаровского Плохиша. Воспитывалось же представление о самоценности творчества во имя народа, трудолюбие, гражданственность, защита достоинства человека, самоотверженность в борьбе с врагами трудящихся вплоть до самопожертвования, любовь к товарищам по классу, братство людей труда, сознание общественного долга, интернационализм, патриотизм, взаимопомощь, бескорыстие и честность. В 1930 году Луначарскому на его лекции задали вопрос: «Можно ли подтверждать свою пропаганду ложью?» Он ответил: «Ни одним широким народным движением нельзя руководить ложью, она всегда разоблачается». Много внимания уделялось борьбе с пьянством. Ярославский призывал пионеров и комсомольцев «воспитать себя как трезвое, враждебное алкоголизму поколение», - ведь «трезвости требуют интересы пролетариата и крестьянства». На фотографии тех лет - колонна малолеток с плакатом: «Отец! Не пей! Купи книги детям, одень их! Пьянство губит тебя и детей!».
 
Закончить хочу словами Александра Косарева па X съезде ВЛКСМ: «Советской молодежи не свойственны жажда наживы, мещанская ограниченность, низменный эгоизм. Мы культивируем лучшие качества человеческой натуры». Советская молодежь всегда воспитывалась в духе материализма и атеизма, и об этом нам не надо забывать, когда мы хотим восстанавливать строй социальной справедливости.

Источник: «Вестник». Коммунистическая газета, № 3, декабрь 2005 года.


Источник: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Ateizm/Article/tajur.php
Категория: Публицистика | Добавил: opium (09.10.2010) | Автор: Тажуризина З. А.
Просмотров: 1289 | Комментарии: 2 | Теги: советский атеизм, религия, церковь, Тажуризина, атеизм, СССР, коммунист, коммунизм | Рейтинг: 5.0/3
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Все смайлы
Код *:
Форма входа

Поиск

Кнопки
Общество Разум

Студия Вектор ТВ

Свобода от религиозного фундаментализма

Атеистический сайт

Великие люди - атеисты

Общество Разум в ВКонтакте

Украинский атеистический сайт в Facebook

Канал на Youtube

Видео Украинского атеистического сайта на Рутубе

Общество Разум

Обращения к атеистам

Эксклюзивные статьи

Интервью с известными атеистами

Великие люди - атеисты


Copyright MyCorp © 2023